Турция нуждается в новой конституции, которая станет залогом дальнейшего развития страны. Об этом, как передает Anadolu, заявил президент Реджеп Тайип Эрдоган в пятницу на открытии осенней сессии Великого национального собрания Турции (парламент) 27-го созыва.

По словам Эрдогана, подготовка новой редакции Основного закона продолжается.

Турецкий лидер призвал все политические силы страны активно участвовать в разработке проекта новой конституции.

Президент выразил надежду на то, что конституция Турции будет принята к 2023 году, когда страна будет отмечать столетие Республики.

То есть, никаких подробностей будущих предполагаемых изменений он не представил, но дал понять, что правящие силы этой темой уже занимаются, и пригласил подключиться к этому процессу и все другие политические силы. 

Логическим образом возникает вопрос – какие цели преследует Эрдоган? То есть, какие изменения он хотел бы видеть внесенными в конституцию Турции к 2023 году? Касаются ли они как-то избирательных процессов? Или может речь идет о каких-то иных задачах, которые хочет решить президент? Что говорят на этот счет в турецком обществе? 

На эти вопросы Pressklub.az ответили известные иностранные комментаторы.

Энгин Озер, турецкий политолог, ведущий эксперт экспертно-аналитической сети «Анкара-Москва»:

– Известно, что при нынешней политической системе Турции президент управляет практически всеми госструктурами, начиная с Национального банка и заканчивая армией. Поэтому оппозиция этой системой недовольна, постоянно критикует ее. 

В 2022 году в Турции будут выборы, и оппозиция использует эту обстановку для пропаганды против режима Эрдогана. Поэтому президент инициирует принятие новой конституции, в которой произойдут некие косметические изменения. 

Крупные турецкие компании, бизнес, недовольны тем, что сейчас президент может фактически давать прямые приказы Национальному банку. Парламент в этом смысле не работает, всё решает президент. Поэтому Эрдоган и собирается произвести некоторые косметические изменения. Это делается для того, чтобы во время очередных выборов оппозиция не смогла заявить, мол, мы попытались изменить конституцию, но Эрдоган заблокировал эту возможность. Получается, типа, он сам предложил внести изменения. 

Что же касается избирательных процедур, сейчас действует такая система, при которой в парламент проходят партии, набравшие не менее 10% голосов избирателей. А президент собирается снизить эту планку до 7% для того, чтобы его партнеры по коалиции – «Национальное движение», смогли попасть в парламент вместе с правящей партией. Однако этот вопрос не имеет отношения к конституции – речь идет о планах президента изменить Закон о выборах.  

Экономика Турции также переживает сейчас не лучшие времена. Потому что за последние 4 года турецкая лира три раза теряла свои позиции по отношению к доллару США. Лет пять назад 4 лиры равнялись одному доллару, а теперь стоимость единицы американской валюты составляет 9 лир. Правящей партии надо что-то делать в экономике, чтобы поднять свой рейтинг в преддверии выборов. И в первую очередь надо вернуть независимый статус Нацбанку, чтобы бизнес почувствовал это, и экономика страны пошла в рост. Возможно, Эрдоган сделает это, но факт, что с его стороны всё это диктуется только подготовкой к предстоящим выборам, мнение народа тут не определяющее. 

Что касается настроений в турецком обществе, сейчас порядка 50% избирателей поддерживают силы оппозиции, а около 40% – правящую партию. Хотя есть и другие оценки этой ситуации. Но в основном люди недовольны нынешней системой властных полномочий. Президентская форма правления дает слишком много возможностей первому лицу, что не способствует эффективности экономики. 

Люди ждут изменений, но всё происходит за закрытыми дверями. Мы не в курсе, какие именно пункты предлагается изменить в конституции. Скорее всего, произойдут небольшие, косметические изменения в президентской системе власти, ради получения большего количества голосов во время очередных выборов. Такое чувство есть почти у всех.

Я лично считаю, что президентская форма правления фактически уничтожила турецкую экономику, и от нее следует отказаться. У нас перед глазами есть очень хороший пример – немецкая конституция, почти вся Турция говорит сейчас об этом. 

Чтобы экономика не чувствовала никакой опасности со стороны правительства, мы должны вернуться к прежней, парламентской системе власти. Но я не думаю, что это произойдет, к сожалению. Сейчас мы видим только подготовку к каким-то косметическим изменениям, не более того. 

Яшар Ниязбаев, главный редактор МК-Турция:

– Подробности того, что именно хочет изменить в конституции правящая Партия справедливости и развития, нет. Это будет новая конституция, по крайней мере по предложению турецкого правительства, но проблема заключается в том, что оппозиция не поддерживает эту идею. Единственная возможность поддержки со стороны оппозиции – это прислушаться к ее предложениям. Но оппозиция не собирается, по их словам, по крайней мере, садиться за стол переговоров, потому что они считают, что некоторые правила и так не соблюдаются, а раз не соблюдаются конституционные законы, то не о чем говорить. Плюс, при этом, конечно, в кулуарах они дают понять, что их цель – изменить правящую систему с президентской (которая действует с 2017 года) на парламентскую. 

Но правящая партия не хочет менять форму правления, она говорит – вот и Эрдоган на днях повторил – мол, это уже точка, мы ни в коем случае не будем возвращаться к парламентской системе. Но со стороны некоторых высокопоставленных чиновников из правящей партии можно услышать предложения усилить парламент. То есть, там звучат разные слова, но нет конкретики, потому что эта тема обсуждается за закрытыми дверями между министерствами. Это не обсуждается в открытой форме, на ток-шоу или в газетных статьях. 

И самое главное, что сейчас оппозиция прямо четко строит свою предвыборную линию на планах изменить систему правления в стране. Оппозиция заявляет, что президентская форма правления дает слишком большую власть одному человеку. А для Турции такая система не подходит, говорят они. И еще один момент, почему вообще эта идея возникла – потому что в 2017 году, когда Националистическая партия поддержала Эрдогана, у них было достаточно голосов, чтобы принять эти изменения в конституции, которые позволили перейти с парламентской системы власти на президентскую.

Правящая партия говорит, да, мы согласны, что есть какие-то недочеты, за это время мы увидели определенные проблемы и мы готовы их обсудить. Вот давайте как раз это мы сейчас и сделаем – обсудим всё, укажем на проблемы, и улучшим нашу систему правления. Но только президентскую! 

Некоторые утверждают, что как минимум основную оппозиционную партию кемалистов (Народно-республиканскую) можно будет убедить в том, что если они поддержат правящую силу, то она сделает так, что парламент станет более полномочным в возможности проверять работу правительства. Может быть, кабинет министров станут формировать из представителей разных партий. И вот такого рода возможности для оппозиции могут привлечь другую сторону, которая сейчас категорично не желает участвовать в обсуждениях проекта новой конституции.

Рауф Оруджев